Труп уселся на полу, опершись о стену. Он конвульсивно корчился, его конечности дергались, тело принимало самые немыслимые позы, словно привидевшиеся в горячечном бреду. Сейчас это была лишь вызывавшая ужас и отвращение карикатура на человеческое существо. Из глазниц и рта, извиваясь взвихренными струйками, изливалась живая, сверкавшая зеленым, субстанция, образуя лужицы на ковре.

Блейн одним гигантским прыжком преодолел расстояние до двери, сумев по пути подхватить пузырек с эфиром. Его била мелкая дрожь, когда он, остановившись на пороге, оглянулся назад. Резким движением выдернув пробку, он метнул флакон прямо в середину бурлящего зеленого пятна. Чиркнув зажигалкой, он швырнул туда же и ее. Вслед за ослепительной вспышкой последовал страшный взрыв, и все помещение мгновенно превратилось в огненный ад.

Стоя на тротуаре, девушка судорожно вцепилась в руку доктора Блейна; оба заворожено смотрели, как весело полыхал дом. Она обронила:

— Подумать только: ведь я пришла за вами, чтобы попросить помочь заболевшему корью братишке.

— Ничего, мы сейчас же навестим его, — откликнулся Блейн.

С ревом откуда-то вынырнула машина и, взвизгнув тормозами, резко остановилась возле них. Из нее высунулся полицейский, прокричав:

— Вот это пожар! Видно за милю отсюда. Пожарных мы уже вызвали.

— Боюсь, что они явятся поздно, — буркнул Блейн.

— Вы застрахованы? — участливо поинтересовался полицейский.

— Да.

— Все успели выскочить?

Блейн кивнул, а словоохотливый полицейский добавил:

— А мы тут совершенно случайно: ищем сбежавшего из психушки чокнутого.

И он рванул с места.

— Эй! — крикнул ему вслед Блейн. Машина остановилась. — А этого чудика, случаем, звали не Джеймс Уинстенли Клегг?